Я боюсь тишины, что приходит с закатами дней,
Когда стены пустые сжимают холодным кольцом.
Одиночество жадно впивается в грудь всё больней,
И царапает память холодным железным резцом.
Я бегу от себя, заполнять пустоту этих дней
Суетой голосов и неласковых чуждых мне рук,
Только страх не отпустит, становится всё сильней,
И больнее терзает несказанных слов недуг.
Я цепляюсь за встречи, как тонущий за края,
В каждом взгляде ищу подтверждение, что я жив.
А в ответ только эхо да горькая мысль моя,
И пустая надежда, как призрачный рваный миф.
Мы так жадно глотаем чужое тепло взахлёб,
За улыбкой фальшивой скрывая свою беду.
Ты не спрашивай только, кому я шепчу «люблю»,
Когда призраки прошлого бродят в ночном бреду.
Так смешно умолять одиночество: «Отступи!»
Заклинать темноту фонарём, что давно погас.
Но глупее всего — перерезать свои пути,
Чтобы стать для кого-то единственным в этот час.
В этом страхе отчаянном прячется боль моя,
Что не нужен я миру, не послан ему судьбой.
Мне б однажды понять: эта тень не враждебна, она
Лишь зовёт меня тихо остаться на миг собой
